ЧЕРЕШНЯ ЧЕРЕШНЯ
Ӧтчыд Иисус да вежа Петыр ветлӧдлісны му кузя: Петыр мунӧ водзын, а Иисус сы бӧрся. Петыр аддзис эськӧ туй вылын куйлысь вӧв подков, но сійӧ вӧлі зэв важ нин, дзикӧдз шылясьӧма, — Петырыд сійӧс эз и лэпты. Колис туй вылын куйлыны. А Иисусыд, кор матыстчис вӧв подков дорӧ, эз дышӧдчы, копыртчис дай лэптіс сійӧс. Однажды Иисус да святой Пётр странствовали по земле: Пётр шёл впереди, а за ним Иисус. И вот на дороге Пётр увидел подкову, но, поскольку она была старая, стёртая, не стал её подымать — оставил валяться на земле. А Иисус, когда подошёл к подкове, не поленился, наклонился и подобрал её.
Регыд воисны найӧ ӧти сиктӧ. Сэні Иисусыд вузаліс ӧти грӧшысь подковтӧ ӧти еврейлы, коді важ кӧлуйӧн вузасьӧ. Вскоре они пришли в одну деревню. Здесь Иисус продал подкову еврею-старьевщику и получил за неё один грош.
Сэсся ветлысь-мунысьяс водзӧ мунісны. Шонді вылӧ нин кайис, кор мӧд сиктӧдз налы коли туй джын на. Петыр то шонді вылӧ видзӧдлас, то кывзӧ, оз-ӧ жыннян шы кывсьы — зэв жӧ ёна сійӧ тшыгъялӧма. Друг тыдовтчис башня. Петыр ёна радлыны пондіс. Ладмӧдіс кыкнан кисӧ син дорас, медым бурджыка аддзыны, да пондіс видзӧдны, сӧмын видзӧдӧ оз вичко вылӧ, а пач трубаяс вылӧ: кутшӧмысь тшын петӧ. Сӧмын ни ӧти трубаысь тшын эз нин пет, сы вӧсна мый сиктас пажын бӧрас став тасьті-паньсӧ мыськалӧмаӧсь нин дай пӧимсӧ весалӧмаӧсь. Коньӧр Петырыдлӧн эз нин вӧв лача весиг пажын коляс вылӧ. Странники продолжали свой путь. Солнце уже поднялось высоко, когда они были на полпути к другой деревне. Пётр то на солнце смотрит, то прислушивается, не слыхать ли колокольного звона — уж порядком он проголодался. Вдруг показалась башня. Очень обрадовался этому Пётр. Приставил он обе ладони к глазам зонтиком да начал высматривать, но не церковь, а трубы: не дымится ли какая. Да нет, не дымила уже ни одна труба, так как в деревне люди после обеда уже всю посуду перемыли да убрали всю золу. Бедный Пётр перестал надеяться даже на остатки еды.
Кодыр найӧ воисны сиктӧ, Петырыд сэтшӧма жугыльмис, весиг паныдасьысьяс вылӧ оз видзӧд. Сӧмын вичко водзын, кор пернапас чӧвтіс, бокӧ видзӧдліс. Видзӧдӧ, а пу улын сулалӧ черешня тыр телега. А Петырлы тайӧ и колӧ. Юаліс Петыр Иисуслысь, эз-ӧ вошты сійӧ грӧштӧ. Велӧдысь юрнас довкнитіс да матыстчис телега дорӧ. Ёна и радліс Петыр, кор ӧти грӧш вылӧ налы сетісны чышъян тыр ягӧд: нинӧм оз аддзы, нинӧм оз кыв радысла, сӧмын водзӧ мунӧ. Когда они пришли в деревню, Пётр до того расстроился, что даже на прохожих не смотрел. Только перед церковью, когда перекрестился, посмотрел он в сторону. Глянь, а там в тени стоит повозка с черешней! А ему это и надо! Спросил Пётр Иисуса, не потерялся ли тот грош. Учитель кивнул головой и подошёл к повозке. Ох, как обрадовался Пётр, когда за один грош им дали довольно большой узелок с ягодами: ничего не видит, ничего не слышит от радости, лишь дальше продолжает путь.
Ӧні найӧ мунісны тадзи: водзын Мезӧс, сы бӧрся кыссис сылӧн тшыг велӧдчысьыс, коді пыр виччысис, кор найӧ сувтасны шойччыштны да черешня сёйыштны. Виччысис сійӧ, виччысис да друг: хоп! Ёкмыльсьыс усис ӧти тусь. Петыр копыртчис, лэптіс да бусӧсьсӧ и сёйис. А Иисусыд пыр сувтлытӧг мунӧ да мунӧ водзӧ, а розьӧсь ёкмыльсьыс ӧти-ӧтиӧн усялӧны тусьяс да усялӧны, ставыс улисӧсь, мичаӧсь. Кодыр усис медбӧръяыс, Петырыд пӧтӧма нин вӧлі. Сэки Велӧдысь бергӧдчис да тадзи кутіс вӧйпӧдны ассьыс велӧдчысьсӧ: Теперь они шли так: впереди Спаситель шёл, а за ним плёлся его голодный ученик, и всё ждал, когда же, наконец, они присядут отдохнуть и покушают черешню. Ждал он, ждал и вдруг: хоп! Из узелка выпала одна ягодка. Пётр нагнулся и её, пыльную, быстро съел. Хоп! Выпала ещё одна ягодка. Пётр опять нагнулся и её съел. А Иисус только шёл-шёл вперёд, а из дырки в узелке выпадали сочные, красивые ягодки. Когда выпала последняя ягодка черешни, Пётр уж наелся. Тогда Учитель повернулся к нему и так начал поучать своего ученика:
— Ок, Петыр, Петыр! Мӧдысь лэпты кӧть медся туйтӧм важ подков! Тэ кӧ эськӧ сэки эн дышӧдчы, ӧні эськӧ тэныд эз ковмы 77-ысь копыртчывлыны 77 черешня тусьла! — Ах, Пётр, Пётр! В следующий раз подними ты хоть какую ни на есть старую подкову! Если б ты тогда не поленился, то сейчас не надо было б тебе нагибаться 77 раз за 77 ягодками черешни!
Комиӧн гижис
Манова Надежда
Рочӧн